Исламское образование в России - «Теология в системе научного знания и образования»


Исламское образование в России


^ Р.А. Силантьев

исламовед, руководитель Правозащитного центра

Всемирного русского народного собора,

кандидат исторических наук


В досоветское время исламское сообщество было в полной мере обеспечено высшими и средними духовными учебными заведениями. Уровень обучения в казанских, уфимских и оренбургских медресе позволял готовить высококлассных специалистов по богословию, впрочем, и выпускники менее известных учебных заведений могли свободно говорить и писать на литературном арабском языке. Сеть медресе и мактабов — начальных школ охватывала весь ареал компактного проживания мусульман, что позволяло любому приверженцу ислама получить неплохое образование1.

Медресе могло иметь четыре ступени-отделения — от начального до высшего. По окончании третьей ступени шакирды (студенты) получали право преподавать. Наибольшей известностью среди мусульманских высших учебных заведений пользовалось казанское медресе «Мухаммадийя», основанное в 1882 году муфтием Галимжаном Баруди и получившее свое название в честь его отца2. Через «Мухаммадийю» прошли сотни представителей татарской элиты, которые получали весьма приличное образование не только по религиозным, но и по светским дисциплинам. Шакирды «Мухаммадийи» изучали татарский, русский, арабский и персидский языки и литературу, учились алгебре, черчению, физике, географии, философии, логике, психологии, педагогике, юриспруденции и медицине3. Помимо «Мухаммадийи» широкой известностью и популярностью пользовались казанское медресе «Касымийя», уфимское «Галия», оренбургское «Хусанийя» и троицкое «Расулийя». При этом весьма высокой была и плотность средних и начальных медресе — в преддверии Октябрьского переворота в Казанской губернии насчитывалось до 900 медресе, а в Оренбургской — 3444.

В начале XX в исламской системе образования началась реформа, выразившая во введении нового метода обучения. Ее приверженцы, названные джадидами или джадидистами (от араб. «усуль-аль-джадид» — новый метод), призывали европеизировать систему обучения, однако наталкивались на сопротивление консервативно настроенных имамов, прозванных кадимистами (от араб. «кадим» — старый). Конец их противостоянию положила Советская власть, которая к 1939 году закрыла все мусульманские учебные заведения внутренней России1.

До 1989 года мусульмане СССР могли получать образование только в Узбекской ССР — бухарском средне-специальном медресе «Мир-Араб» (действует с 1945 года) и ташкентском Высшем Исламском институте (действует с 1971 года)2. Квота мусульман РСФСР для поступления в них была невелика, поэтому к началу исламского возрождения количество образованных имамов в России исчислялось первыми десятками. Кроме того, некоторые духовные лидеры — например, будущий муфтий Талгат Таджуддин – смогли получить высшее религиозное образование за рубежом, в дружественных Советскому Союзу мусульманских странах3.

В 1988 году под эгидой московской Соборной мечети на базе курсов арабского языка было открыто медресе «Исмаилийя», ставшее первым мусульманским учебным заведением в РСФСР. В 1989 году в Уфе начало работу медресе имени муфтия Ризаэтдина Фахреддина, а годом позже в Казани было основано Закабанное медресе (впоследствии известное как Казанское высшее мусульманское медресе им. 1000-летия ислама), начавшее свою полноценную работу в 1992 году. До 1991 года начальные и средние медресе появились также в Дагестане и Чечне.

После развала Советского Союза российские мусульман встали перед серьезнейшей проблемой подготовки имамов, которых требовались уже не десятки, а сотни и тысячи. Существующие в России медресе не могли удовлетворить и 5% потребностей в кадрах, а бухарское медресе «Мир-Араб» и ташкентский Исламский институт теперь оказались малодоступны. В этой непростой ситуации на помощь российским мусульманам пришли единоверцы из арабских стран, предоставившие возможность бесплатного обучения сотням молодых шакирдов из России. Другое дело, что далеко не все они преследовали благотворительные цели — главными спонсорами этой программы выступили ваххабитские фонды, нуждающиеся в эмиссарах для успешной экспансии на ранее закрытую для них территорию4.

Основной поток студентов отправился за рубеж в 1990-1992 годах, и уже к 1994 году оттуда стали возвращаться первые дипломированные имамы, казавшиеся своим российским единоверцам глубоко учеными людьми. Именно они встали у истоков создания сети исламских духовных учебных заведений — медресе, колледжей, институтов и университетов, призванных возродить систему исламского образования.

К 1996 году в Министерстве юстиции России прошли регистрацию до 30 средних и высших медресе, что выглядело весьма неплохим показателем. В 1995 году в Казани было возрождено легендарное медресе «Мухаммадийя», получившее статус высшего духовного учебного заведения1. Средние медресе открылись в Набережных Челнах, Альметьевске, Нижнекамске, Нурлате и Буинске, в городе Октябрьский Республики Башкортостан, Бугуруслане Оренбургской области, Ульяновске, Саратове, Нижнем Новгороде и Тюмени, возродились медресе «Галия» в Уфе и «Хусанийя» в Оренбурге.

Наиболее бурный рост числа медресе отмечался в Дагестане — к 2000 году средние или высшие исламские учебные заведения были открыты почти в каждом городе или крупном селе2. Самыми известными из них стали махачкалинские Северокавказский исламский университет и Университет им. Имама Шафии, буйнакский Исламский университет им. Сайфуллы Кади, хасавюртовские Институт им. Саид-Мухаммада Абубакарова и Институт им. Имама Шамиля и Исламский институт «Нурул-Иршад» им. Саида Афанди в с. Чиркей Буйнакского района республики3.

В 1998 году в Казани открылся Российский исламский университет (РИУ), призванный стать головным исламским вузом страны4. С 1999 года конкуренцию РИУ начал составлять Московский исламский университет, ставший преемником медресе медресе «Исмаилийя» (1988) и Московского высшего духовного исламского колледжа (1994)5. И РИУ, и МИУ получили безвозмездно (РИУ) или за символическую арендную плату (МИУ) необходимые помещения, что, вкупе с немалыми финансовыми вложениями со стороны властей и зарубежных спонсоров, сулило им прекрасные перспективы.

Главным различием РИУ и МИУ стал подход к системе обучения: если выпускники МИУ получали дипломы бакалавров теологии и востоковедения государственного образца6, то РИУ до 2002 года осуществлял подготовку только по сугубо религиозным специальностям «Имам-хатыб. Преподаватель шариатских наук и арабского языка» и «Имам-хатыб. Преподаватель коранических наук и арабского языка». Лишь в 2002 году был осуществлен первый набор на Теологический факультет РИУ, позволявший готовить светских теологов. Благодаря этому РИУ стал первым в России ВУЗов, осуществляющим подготовку мусульманских теологов7.

Тем не менее, существовали и серьезные проблемы. Вот что писал в 2006 году ректор РИУ Ильдус Загидуллин: «Московский исламский университет выделяется малочисленным контингентом студентов… Несмотря на значительность, на первый взгляд, численности обучающихся, количество выпускников РИУ оставляет желать лучшего. Достаточно отметить, что сегодня на религиозных факультетах РИУ на 1 курсе обучается 36 чел., на 2-м курсе 18 чел., 3-м курсе 12 чел., 4-м курсе 13 чел. Невысокие показатели и по выпускам предыдущих лет: в 2002 г. — 14 чел., в 2003 — 8, в 2004 — 14, 2005 г. — 8 чел. Низкий КПД приводит к неоправданно высокой себестоимости подготовки шакирдов в РИУ»1.

Действительно, и МИУ2, и РИУ имели очень небольшие выпуски, из-за чего стоимость обучения одного специалиста становилась сопоставима со стоимостью подготовки летчика-космонавта. Обращал на себя внимание и уровень образования в двух ведущих исламских вузов России — так, в МИУ профессионально непригодным оказался ректор3, а в РИУ достаточной квалификации не имела большая часть преподавателей. «В составе бывшего ректората не было лиц, имеющих высшее религиозное образование. Отсутствовал также опыт преподавательской или руководящей (заведующий кафедрой или декан) работы в светском ВУЗе, поскольку они не имеют высшего светского образования», — писал об этой проблеме Ильдус Загидуллин4. Более того, на тот момент среди 69 ректоров российских исламских университетов, институтов, медресе и колледжей светскую ученую степень имел только руководитель махачкалинского Института теологии и религиоведения имени Мамма-Дибира аль-Рочи Максуд Садиков5.

Уже к 2002 году стало ясно, что МИУ, РИУ и другие исламские вузы не могут решить проблему подготовки новых кадров для традиционного ислама. Уровень предоставляемого в них образования позволял готовить только простых имамов, не слишком искушенных в тонкостях исламской акиды, фикха и хадисоведения6. Между тем наиболее остро ощущалась нехватка именно высококлассных богословов, способных в будущем составить элиту российских мусульманских лидеров, а в настоящим — на достойном уровне вести диспуты с ваххабитами и иными сектантами, защищая основы умеренного ислама. Те единичные специалисты такого уровня, которые появились в отечественной умме за последние 20 лет, оказались вынуждены получать свои знания за рубежом — в России готовить их было некому. «Несмотря на наличие медресе и высших учебных заведений, открытых (в России – «ИФ») за последние годы, качество получаемого образования и количество выпускников далеко не соответствуют должному уровню», — справедливо заметил в этой связи секретарь-координатор Межрелигиозного совета СНГ и видный исламский богослов Азер Алиев1.

Между тем ситуация в сфере исламского образования быстро ухудшалось — в немалой части медресе обучение велось по методикам нетрадиционных для страны направлений ислама, а некоторые из них стали полноценными базами экстремистов и даже террористов. Особую обеспокоенность властей вызвали скандальные истории с набережночелнинским медресе «Йолдыз», которое в начале 1990-х перешло под контроль экстремистской организации «Тайба», и бугурусланским медресе «Аль-Фуркан», выпускники которого поучаствовали в самых громких террористических атаках последних лет. Стало очевидно, что государство должно помочь мусульманам выстроить систему образования, тем более что сами лидеры традиционного ислама неоднократно об этом просили.

21 мая и 16 июня 2002 года Президент России В.В. Путин издал два распоряжения, смысл которых сводился к необходимости разработать комплекс мер «по оказанию организационной, материальной и методической помощи в развитии сферы религиозного образования, прежде всего мусульманского» а также открыть в Москве исламский университет светского характера. Головным исполнителем этих поручения было назначено Министерство образования2. В ходе длительных согласований было решено открыть при Институте стран Азии и Африки МГУ Академический центр исламской истории и культуры, куда предполагалось набирать по 30 студентов год (соответственно, по 10 человек от ЦДУМ, Совета муфтиев России и Координационного центра мусульман Северного Кавказа)3.

Данный эксперимент пришлось свернуть через 2 года в связи многочисленными жалобами преподавателей и руководства Института стран Азии и Африки МГУ, которые указывали на низкий базовый уровень образования студентов центра, а также на их слабую адаптивность к жизни светского вуза. С 2005 года было решено ввести квотирование мест для мусульман в московском Лингвистическом университете, Нижегородском университете им. Лобачевского и Санкт-Петербургском Смольном гуманитарном университете (общее число квот равнялось 30), однако и эта мера не сильно не оздоровила исламскую образовательную систему страны1. 3 марта 2005 года на очередном заседании Совета муфтиев России было принято решение о создании Совета по исламскому образованию, который возглавил ректор Московского исламского университета Марат Муртазин2. 30 марта 2005 года Совет принял Единый образовательный стандарт по исламскому религиозному высшему образованию, который давал полную характеристику специальности «Исламское богословие», по изучению которой присваивалась квалификация «проповедник — богослов (имам — хатыб), преподаватель»3. При этом практическое использование стандарта оказалось возможным только в вузах Совета муфтиев России — другие мусульманские центры страны не торопились принимать разработанный Маратом Муртазиным документ.

Сейчас в России наблюдается тенденция сокращения количества исламских учебных заведений. Особенно заметен этот процесс в Татарстане, где уже с 2000 года идет укрупнение медресе — так, в 2000 году на базе медресе «Йолдыз» («Юлдуз»), «Танзиля», «Ихлас», «Нурутдин» и «Иман» было создано Набережночелнинское высшее мусульманское медресе, а позднее Исламский институт им. Р. Фахретдинова и Азнакаевское медресе были преобразованы в Альметьевское мусульманское среднее медресе4. С 2002 года прекратили свое существование бугурусланское медресе «Аль-Фуркан»5, ульяновский Исламский институт (Ульяновский татарско-арабский колледж), зеленоградский колледж ДУМАЧР «Расуль-Акрам», на несколько лет приостановлена деятельность Ембаевского медресе ДУМ Тюменской области6, отозвана лицензия у медресе «Абу-Ханифа» при саранской Соборной мечети7, а также разгромлена обширная сеть татарско-турецких колледжей, насчитывавшая более двух десятков средних учебных заведений от Майкопа до Улан-Удэ8. Всего же по состояние на начало 2007 года в России насчитывалось 75 зарегистрированных средних и высших мусульманских учебных заведений, а их общее число составило 229 — 26 высших учебных заведений и 203 средних.

С 2005 года серьезные проблемы начались также и у РИУ с МИУ — 19 сентября 2005 года Федеральная служба по надзору в сфере образования и науки отказалось продлевать лицензию на религиозную образовательную деятельность Российского исламского университета на том основании, что «РИУ является «учреждением высшего профессионального образования», т.е. светским учреждением, и, согласно Федеральному закону «О свободе совести и религиозных объединениях», не имеет права вести подготовку священнослужителей и религиозного персонала», в связи чем статус ведущего исламского ВУЗа оказался в подвешенном состоянии1. После долгих переговоров и компромиссов ситуация несколько нормализовалась и к настоящему времени он возобновил полноценный образовательный процесс, тем более, что его новым ректором был назначен авторитетный ученый-исламовед Рафик Мухамметшин2.

С 2007 года Фонд принял активное участие в запуске программы Министерства образования и науки РФ по обеспечению подготовки специалистов с углубленным знанием истории и культуры ислама в 2007-2010 гг. План мероприятий в рамках программы был утвержден распоряжением Правительства РФ от 14 июня 2007 года. Согласно ему в России предполагалось создать пять исламских университетских центров на базе Московского исламского университета, Российского исламского университета в Казани, Российского исламского университета в Уфе, Северо-Кавказского университетского центра образования и науки в Махачкале (бывший Институт теологии и религиоведения им. Мама-Дибира аль-Рочи) и Северо-Кавказского исламского университета имени Абу Ханифы в Нальчике (бывший Кабардино-Балкарский исламский институт). Впоследствии число таких центров было доведено до семи благодаря включению в список Нижегородского исламского института им. Х.Фаизханова и Российского исламского университета им. Кунта-хаджи Кишиева в Грозном. При этом число студентов в данных вузах колебалось от нуля в Нижегородском исламском институте до нескольких сотен человек в Северо-Кавказском университетском центре образования и науки в Махачкале3. Курировать исламские вузы в рамках программы Министерства образования и науки РФ было поручено ряду государственных университетов и институтов: Московскому государственному лингвистическому университету, Нижегородскому государственному университету, Кубанскому государственному университету, Северо-Кавказскому государственному техническому университету (Ставрополь), Смольному институту свободных искусств и наук Санкт-Петербургского государственного университета и Татарскому государственному гуманитарно-педагогическому университету. В круг их обязанностей входила подготовка учебных пособий, повышение квалификации исламских преподавателей, проведение конференций и семинаров. Своего рода ноу-хау этого проекта стали видеолекции, одновременно транслировавшиеся во всех вузах, участвовавших в «исламской» программе Министерства образования и науки1.

Кроме того, в государственных вузах было введено квотирование мест для студентов, рекомендованных к обучению ведущими мусульманскими центрами. К 2008 году число таких мест приблизилось к 2002. Первая группа студентов, набранная по подобной квоте в Институт стран Азии и Африки МГУ, в 2008 году успешно закончила свое обучение, причем большинство предпочли продолжить работу по полученной специальности. Впрочем, особых надежд на то, что все отучившиеся в государственных вузах мусульманские студенты будут трудиться на дело возрождения ислама в России, никто не питал. Высокооплачиваемых и перспективных должностей в мусульманских структурах оказалось не очень много, а работать имамами в сельской местности на заплату в 3-4 тысячи рублей готовы были далеко не все.

По состоянию на конец 2008 года можно сказать, что «исламская» программа Министерства образования и науки РФ, запущенная в первую очередь для борьбы с экстремизмом в мусульманской среде и с целью воспитания пророссийски настроенного поколения исламских лидеров, оказалась вполне жизнеспособной и эффективной. Всего за год в ее рамках были подготовлены более 200 учебных и методических пособий по самому широкому спектру дисциплин — от арабского языка до исламской культуры. Только за 2007 год один Московский государственный лингвистический университет подготовил для исламских учебных заведений больше учебных пособий, чем было написано за последние 20 лет.

Главным препятствием для реализации программы Министерства образования стала позиция ряда мусульманских деятелей, которые требовали выделять средств на ее проведения не государственным вузам, а непосредственно им, угрожая в противном случае актами саботажа. Кроме того, не все государственные вузы смогли в полной мере выполнить взятые на себя обязательства, из-за чего некоторые из них были лишены финансирования.

В настоящее время государственный диплом по специальности «Теология» могут получить выпускники Московского исламского университета, Российского исламского университета в Казани и Северо-Кавказского университетского центра образования и науки.

^ Развитие теологической науки и образования

в Российской Федерации в постсоветский период1


М.В. Таланкина

заведующая сектором научно-методического обеспечения

религиозного образования Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета


1. Период 1992 — 2000 гг.

Нормативная база: стандарт 1-го поколения. Первый государственный образовательный стандарт высшего профессионального образования (1-го поколения) по направлению 520200 «теология» (бакалавриат) был утвержден 30 декабря 1993 г. Госкомитетом России по высшему образованию. Тогда же Общероссийский классификатор специальностей по образованию, утвержденный Постановлением Госстандарта России от 30 декабря 1993 г. № 296, закрепил теологию в качестве направления подготовки в высшем образовании (код 520200). Стандарт по теологии не отличался от стандарта по религиоведению и продолжал, скорее, традицию научного атеизма, чем богословского образования. Авторы документа остались неизвестными.

К профессиональной подготовке теолога можно было формально отнести только две дисциплины учебного плана, общей трудоемкостью 442 часа: «Религиозная вероучительная литература» (ДН.11) и «Религиозный культ» (ДН.07). Остальное время обучения было отведено изучению отдельных аспектов религиозности в рамках некоторых гуманитарных наук. Основные дисциплины подготовки теолога можно было разместить только в региональном или вузовском компоненте учебного плана или в программах дополнительного образования.

Отклик высшей школы на введение теологии в Общероссийский классификатор специальностей. За период действия ГОС ВПО 1-го поколения лицензию на подготовку теологов получили восемь вузов.




^ Название образовательного учреждения

Дата

1

Алтайский государственный университет, г. Барнаул

1992/1993

2

Институт богословия и философии, г. Санкт - Петербург

1992/1993

3

Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет (тогда Богословский институт), г. Москва

1993/1994

4

Омский государственный университет

1996/1997

5

Русский христианский гуманитарный институт,

г. Санкт-Петербург

1996/1997

6

Библейско-богословский институт им. св. апостола Андрея Первозванного, г. Москва

1997/1998

7

Свято-Филаретовский православно-христианский институт, г. Москва

1999/2000

8

^ Дальневосточный государственный университет, г. Владивосток

1999/2000

1857775466118752.html
1857874908667423.html
1857958537961327.html
1858134695822115.html
1858376709534801.html